Иудейская Война Иосиф Флавий (гг. 37-100) - страница 14

82

^ 12. Частые волнения при Кумане, которые подавляет Квадрат. Феликс-правитель Иудеи.

Агриппа взамен Халкиды получает большое царство.

После смерти Ирода‚ господствовавшего в Халкиде‚ Клавдий отдал его царство его же племяннику‚ молодому Агриппе‚ сыну отца того же имени; наместничество же над Иудеей после Александра получил Куман‚ При нем опять стали происходить волнения‚ причинив­шие иудеям новые бедствия. Когда народ к празднику опресноков стекался в Иерусалим‚ римляне поставили на галерее храма когорту‚ так как они всегда имели обыкновение во вре­мя праздников держать войско под оружием‚ дабы предостерегать собравшийся народ от возмущения. Случилось тогда‚ что один из солдат поднял вверх свой плащ‚неприличным на­гибанием тела обратился к иудеям задом и издал звук‚ соответствовавший принятой им позе. Возмущенная этим поступком вся громада иудеев бурно потребовала от Кумана наказания солдата. Юноши же‚ легко поддающиеся увлечению‚ и некоторая часть народа‚ не отличав­шаяся буйным характером‚ открыли нападение; они собрали камни и начали бросать их в солдат. Куман побоялся наступления со стороны всего народа и вызвал для подкрепления множество тяжеловооруженных воинов; как только последние появились на галереях‚ иудеев объял панический страх; они бросились вон из храма по направлению к городу. Но от этого в выходах произошла такая страшная давка‚ что свыше десяти тысяч человек было растоптано и раздавлено. Так праздник превратился для всего народа в день плача‚ и каждый дом напол­нился воплями и рыданиями.

За этим несчастьем последовало другое волнение‚ вызванное фактом открытого грабе­жа‚ На дороге у Бет-Хорона разбойники напали на багаж императорского слуги Стефана и разграбили его. Куман приказал сделать набег на близлежащие деревни и забрать в плен их жителей за то‚что они не преследовали и не задержали разбойников. При этом случае один солдат‚ найдя на дороге Священное писание‚ разорвал его и бросил в огонь. Иудеи были этим потрясены‚ точно вся их страна стояла в пламени. Движимые каким-то религиозным страхом‚ они машинально‚ как по сигналу‚ устремились все в Кесарию к Куману и настойчи­во просили его не оставить безнаказанным человека‚ который так дерзко надругался над Бо­гом и законом. Куман видел ясно‚ что народ не успокоится‚ если ему не будет дано удовле­творение; он потребовал к себе солдата и приказал вести его к казни через ряды его обвини­телей. После этого иудеи разошлись.

Немного позднее произошло столкновение между галилеянами и самаритянами. Возле одной деревни‚ Гемы‚ лежащей в большой самарийской равнине‚ был убит один из много­численных иудейских пилигримов‚ отправившихся на праздник в Иерусалим‚ родом из Га­лилеи. Множество галилеян собралось вследствие этого вместе пойти войной на самаритян. Влиятельные же граждане Самарии‚ напротив‚ обратились к Куману с убедительной прось­бой‚ прежде чем зло сделается неисправимым‚ прибыть в Галилею и наказать виновников убийства‚ так как только таким образом можно будет убедить народ рассеяться еще до нача­ла боя. Но Куман из-за текущих дел‚ которыми он как раз был занят‚ не обратил внимания на эту просьбу и отпустил ходатаев без определенного ответа.

Весть об убийстве привела в большое волнение также иерусалимскую массу. Она пере­стала интересоваться праздничным торжеством и быстро двинулась к Самарии‚ даже без всяких предводителей и не обращая внимания на увещевания властей‚ старавшихся удержать ее. Во главе этого буйного разбойничьего похода стали известный Элеазар‚ сын Диная‚ и Александр‚ которые напали на ближайшие к Акрабатской топархии самарийские деревни‚ убили всех жителей‚ не щадя никакого возраста‚ а сами деревни предали огню.

83

Тогда только Куман с отрядом всадников — так называемых себастийцев выступил из Кесарии на помощь подвергшимся нападению. Многих из людей Элеазара он захватил в плен‚ а большую часть убил. К остальной же народной массе‚ ринувшейся в поход против самаритян‚ поспешили самые знатные граждане Иерусалима‚ одетые все в траур‚ с покры­тыми пеплом головами и заклинали их возвратиться домой‚ дабы этим мстительным похо­дом против самаритян не вызвать вторжения римлян в Иерусалим. Пусть сжалятся они над своим отечеством‚ храмом‚ над своими же женами и детьми и не рискуют всем из-за мести за одного галилеянина. Вразумленные этими увещеваниями‚иудеи разошлись. Но многие‚ в на­дежде остаться безнаказанными‚ обратились к разбойничьему ремеслу. Грабежи и мятежные попытки со стороны более отважных бойцов распространились по всей стране. Вследствие этого выдающиеся представители Самарии отправились к Уммидию Квадрату‚ правителю Сирии‚ в Тир и просили его не оставить без наказания опустошителей страны. Туда прибыли также знатнейшие иудеи‚ в том числе первосвященник Ионатан‚ сын Анана‚ которые заяви­ли‚ что хотя первоначальный повод к беспорядкам дан был самаритянами‚ совершившими убийство‚но ответственность за дальнейший ход событий падает на Кумана‚ уклонившегося от наказания виновников этого убийства.

Квадрат утешил обе стороны обещанием все в точности расследовать‚ как только он прибудет в их края. Когда же он вскоре после этого прибыл в Кесарию‚ то приказал всех‚ за­хваченных Куманом живыми‚ предать распятию. Отсюда он отправился в Лидду‚ где допро­сил самаритян и‚ схватив восемнадцать иудеев из числа тех‚ которых он заподозрил в уча­стии в войне‚приказал казнить их топором. Двух других знатных лиц совместно с первосвя­щенниками‚ Ионатаном и Ананием‚ равно как сына последнего‚ Анана‚ и еще некоторых вы­сокопоставленных иудеев он вместе с первыми людьми Самарии послал к императору. В то же время он приказал Куману и трибуну Цел еру также отплыть в Рим для того‚ чтобы лично дать ответ перед Клавдием за происшедшие события‚ После всех этих распоряжений он по­сетил еще Иерусалим и‚ убедившись‚ что масса с полным спокойствием празднует день опресноков‚ возвратился обратно в Антиохию.

В Риме император выслушал Кумана и самаритян. Агриппа также находился в Риме и очень тепло заступился за иудеев‚ так как Куман тоже имел много сильных защитников. Са­маритяне признаны были виновными; треть знатнейших из них император приказал казнить; Кумана он отправил в изгнание; Целера же он приказал доставить закованным в кандалах обратно в Иерусалим и предоставил иудеям пытать его‚ волочить по городу и затем отрубить ему голову.

После этого император послал Феликса‚брата Палласа‚ наместником над Иудеей‚ Гали­леей‚ Самарией и Переей. Агриппу он перевел из Халкиды в большее царство‚ отдав ему прежнюю тетрархию Филиппа‚ а именно; Батанею‚ Трахонею и Гавлан‚ присоединив к ним также царство Лизания‚ равно и бывшую эпархию Вара. Процарствовав тринадцать лет‚ во­семь месяцев и двадцать дней‚ император Клавдий умер и оставил своим престолонаследни­ком Нерона‚ которого он‚ околдованный хитростями своей жены‚ Агриппины‚ назначил сво­им преемником‚ несмотря на то что от первой жены своей‚ Мессалины‚ имел родного сына‚ Британника и дочь Октавию‚ соединенную им браком с Нероном. От другой жены‚ Петины‚ он имел дочь Антонию.

^ 13. Нерон присоединяет города к владениям Агриппы. Смуты. Столкновение между иудеями и сирийцами в Кесарии.

Как Нерон‚ упоенный счастьем и богатством‚ употреблял во зло свое высокое положе­ние; как он по очереди лишил жизни своего брата‚жену и мать; как его изуверство обрати-

84

лось затем против благороднейших мужей; и как он‚ наконец‚ в своем безумии подвизался на сцене и в театре — обо всем этом‚ как о вещах‚ всем известных‚ я не стану распространяться и перейду к событиям‚ которые в его царствование происходили в Иудее.

Нерон даровал Малую Армению Аристобулу‚ сыну Ирода‚ к царству же Агриппы он прибавил еще четыре города с их окрестностями; Абелу и Юлиаду в Перее‚ Тарихею и Тиве-риаду в Галилее. Наместничество над остальной Иудеей он вверил Феликсу Последний схва­тил живыми разбойничьего атамана Элеазара‚ разорявшего страну в течение двадцати лет‚ и многих из его сообщников и послал в Рим. Огромная масса разбойников была им распята; много других лиц‚замешанных в соучастии‚ было предано разным другим казням.

Когда страна была таким образом очищена‚ в Иерусалиме образовалась другая шайка разбойников‚ получивших название сикариев. Они убивали людей среди белого дня и в са­мом городе‚ преимущественно в праздничные дни они смешивались с толпой и скрытыми под платьем кинжалами закалывали своих врагов; как только жертвы падали‚ убийцы нарав­не с другими начинали возмущаться происходившим и благодаря такому притворству оста­вались скрытыми. Первым‚ который таким образом был заколот‚ был первосвященник Иона-тан. Вслед за ним многие другие погибали ежедневно; паника‚ воцарившаяся в городе‚ была еще ужаснее‚ чем сами несчастные случаи‚ ибо всякий‚ как в сражении‚ ожидал своей смер­ти с каждой минутой. Уже издали остерегались врага‚ не верили даже и друзьям‚когда те приближались‚ и‚ однако‚ при всей этой подозрительности и осмотрительности‚ убийства по-прежнему продолжали совершаться. Так велика была ловкость и сила притворства тайных убийц.

В одно время с ними появилась другая клика злодеев‚ которые‚ будучи хотя чище на ру­ки‚ отличались зато более гнусными замыслами‚ чем сикарии‚ и не менее последних способ­ствовали несчастью города. Это были обманщики и прельстители‚ которые под видом боже­ственного вдохновения стремились к перевороту и мятежам‚ туманили народ безумными представлениями‚ манили его за собой в пустыни‚ чтобы там показать ему чудесные знаме­ния его освобождения. Феликс усмотрел в этом семя восстания и выслал против них тяжело­вооруженных всадников и пехоту‚ которые убивали их массами.

Еще более злым бичом для иудеев был лжепророк из Египта. В Иудею прибыл какой-то обманщик‚ который выдал себя за пророка‚ и действительно прослыл за небесного послан­ника. Он собрал вокруг себя около 30 000 заблужденных‚ выступил с ними из пустыни на так называемую Елеонскую гору‚ откуда он намеревался насильно вторгнуться в Иерусалим‚ ов­ладеть римским гарнизоном и властвовать над народом с помощью телохранителей‚ окру­жавших его. Феликс‚ однако‚ предупредил осуществление этого плана‚ выступив навстречу ему во главе римских тяжеловооруженных всадников; весь народ также принял участие в обороне. Дело дошло до сражения; египтянин бежал только с немногими своими прибли­женными‚ большая же часть его приверженцев пала или была взята в плен; остатки их рас­сеялись‚ и каждый старался укрыться на своей родине.

Едва потушена была эта вспышка‚ как появилась другая‚ точно в больном организме воспаление переходит с одной части на другую. 06манщики и разбойники соединились на общее дело. Многих они склонили к отпадению‚ воодушевляя их на войну за освобождение‚ другим же‚подчинявшимся римскому владычеству‚ они грозили смертью‚ заявляя открыто‚ что те‚ которые добровольно предпочитают рабство‚ должны быть принуждены к свободе. Разделившись на группы‚ они рассеялись по всей стране‚ грабили дома облеченных властью лиц‚ а их самих убивали и сжигали целые деревни. Вся Иудея была полна их насилий‚ и с каждым днем эта война разгоралась все сильнее.

Столкновение иного характера возникло в Кесарии между сирийским населением этого города и проживавшими там иудеями. Последние утверждали‚ что город принадлежит им‚

85

так как его построил иудей‚ а именно царь Ирод. Те же признавали‚ что основателем его был иудей‚но настаивали на том‚ что город все-таки принадлежит эллинам‚ ибо‚ говорили они‚ если бы Ирод предназначил его для иудеев‚ то он не воздвигал бы здесь храмов и статуй. На этой почве возникли распри‚ которые мало-помалу перешли в вооруженные столкновения; каждый день смельчаки с той и другой стороны вступали в бой друг с другом. Старейшины из иудеев не были больше в состоянии обуздать горячие головы своей общины; эллинам же‚ с другой стороны‚ казалось стыдом отступать перед смелостью иудеев. Богатством и муже­ственной силой иудеи превосходили своих врагов; но за эллинами был тот перевес‚ что на их стороне были солдаты‚ так как большая часть квартировавшего в городе римского гарнизона состояла из сирийцев‚ которые всегда были готовы помочь своим соплеменникам. Админи­стративные власти старались прекратить беспорядки‚ арестовывали в каждом отдельном случае наиболее ретивых бойцов обеих партий и наказывали их плетьми и цепями; но участь арестованных не устрашала и не усмиряла оставшихся на свободе‚ а вызывала‚ напротив‚ еще большее ожесточение и большее возбуждение страстей. Когда однажды иудеи одержали победу‚ на площадь явился Феликс и с угрозами приказал им отступить; когда же те не по­виновались‚ он напустил на них солдат‚ которые убили многих и разграбили их имущество. Когда же после этого борьба все-таки не прекратилась‚ Феликс отобрал по нескольку влия­тельнейших лиц с обеих сторон и отправил их в качестве послов к Нерону для того‚ чтобы они лично перед императором оспаривали свои права.

^ 14. Феликса сменяет Фест; за ним следует Альбин, преемником которого явля­ется Флор.

Последний своей жестокостью вынуждает иудеев начать войну.

Фест‚ вступив в управление после Феликса‚ выступил немедленно против опустошите­лей страны; большинство разбойников было схвачено и немало из них казнено. Преемник же его Альбин вел правление совсем в другом духе‚ чем первый. Не было того злодейства‚ ко­торого он бы не совершил. Мало того‚ что он похищал общественные кассы‚ массу частных лиц лишил состояния и весь народ отягощал непосильными налогами‚ но он за выкуп воз­вращал свободу преступникам‚ схваченным или их непосредственным начальством или предшествовавшими правителями и содержащимся в заключении как разбойники. Только тот‚ который не мог платить‚ оставался в тюрьме. При нем опять в Иерусалиме подняли го­лову сторонники переворота. Богатые посредством подкупа заручились содействием Альби­на настолько‚ что они‚ не встречая препятствий с его стороны‚ могли безбоязненно возбуж­дать мятеж; и та часть народа‚ которой не нравилось спокойствие‚ примкнула к тем‚ которые действовали заодно с Альбином. Каждый из этих злодеев окружал себя своей собственной кликой‚ а над всеми‚ точно разбойничий атаман или тиран‚ царил Альбин‚ использовавший своих сообщников на ограбление благонамеренных граждан. Дошло до того‚ что ограблен­ные‚ вместо того чтобы громко вопиять‚ как естественно должно было быть в таких случаях‚ вынуждены были молчать; те же‚ которые еще не пострадали‚ из боязни перед подобными насилиями даже льстили тем‚ которые должны были бы подлежать заслуженной каре. Вооб­ще никто не смел произнести свободное слово — люди имели над собой не одного‚ а целую орду тиранов. Тогда уже было брошено семя вскоре наступившего разрушения города.

Но Альбин являлся еще образцом добродетели в сравнении с его заместителем Гессием Флором. В то время когда тот совершал свои злодейства большей частью втайне и с предос­торожностями‚ Гессий хвастливо выставлял свои преступления всему народу напоказ. Он позволял себе всякого рода разбои и насилия и вел себя так‚ как будто его прислали в каче­стве палача для казни осужденных. В своей жестокости он был беспощаден‚ в своей наглости

86

без стыда. Никогда еще до него никто не умел так ловко опутать правду ложью или приду­мывать такие извилистые пути для достижения своих коварных целей‚ как он. Обогащаться за счет отдельных лиц ему казалось чересчур ничтожным; целые города он разграбил‚ целые общины он разорил до основания‚ и немного недоставало для того‚ чтобы он провозгласил во всей стране: каждый может грабить‚ где ему угодно‚ с тем только условием‚ чтобы вместе с ним делить добычу. Целые округа обезлюдели вследствие его алчности; многие покидали свои родовые жилища и бежали в чужие провинции.

В то время‚ когда Цестий Галл‚ правитель Сирии‚ находился вдали‚ никто не осмели­вался посылать к нему депутатов для обжалования Флора. Но когда он прибыл в Иерусалим и как раз перед наступлением праздника опресноков‚ его окружило не менее трех миллионов иудеев со слезной жалобой сжалиться над изнемогающей нацией и освободить ее от Флора‚ губителя страны. Этот находился рядом и стоял возле Цестия‚ но на поднятый против него ропот отвечал язвительными насмешками. Цестий сам успокоил‚ однако‚ народ обещанием настроить Флора милостивее к ним и возвратился в Антиохию. Флор‚ чтобы сгладить в нем произведенное впечатление‚ провожал его до Кесарии‚ но с тех пор он начал подумывать о том‚ как бы вызвать необходимость войны с иудеями‚ в которой он видел единственное средство для сокрытия своих беззаконий. Ибо пока существовал мир‚ он должен был быть всегда готовым к тому‚ что иудеи обжалуют его перед императором‚ но раз ему удастся вы­звать открытое восстание‚ тогда он мог надеяться большим злом отвлечь их от разоблачения меньшего. Так он с каждым днем все больше усугублял бедствия народа‚ дабы этим выну­дить его к отпадению.

Между тем кесарийские эллины добились того‚ что Нерон объявил их хозяевами города‚ и привезли грамоту‚ заключавшую в себе это решение. Это положило начало войне на две­надцатом году владычества Нерона‚ семнадцатом году правления Агриппы в месяце артеми-зии. Ужасные последствия этой войны нисколько не соответствовали первоначальным ее причинам. Иудеи в Кесарии имели синагогу на месте‚ принадлежавшем эллину этого города. Неоднократно они старались приобрести в собственность это место‚ предлагая за него сум­му‚ далеко превышавшую настоящую стоимость. Но владелец ни за что не уступал их прось­бам‚ а‚ напротив‚ чтобы еще больше их разозлить‚ застроил это место новыми зданиями и поместил в них мастерские так‚ что для иудеев остался лишь тесный и очень неудобный про­ход. Вначале некоторые пылкие юноши делали вылазки с целью помешать сооружению по­строек. Но когда Флор воспретил этот насильственный образ действий‚ богатые иудеи‚ к ко­торым пристал также откупщик податей Иоанн‚ не нашли другого исхода‚ как только подку­пить Флора восемью талантами для того‚ чтобы он своей властью приостановил дальнейшую постройку. До получения денег он обещал все; но как только имел их уже в руках‚ он отъе­хал из Кесарии в Себасту и предоставил раздор своему собственному течению‚ точно он за полученные деньги продал иудеям право употреблять насилие.

На следующий день‚ выпавший на субботу‚ когда иудеи в полном сборе были в синаго­ге‚ один кесариец-бунтовщик взял горшок‚ поставил его в верх дном перед самыми дверьми синагоги и принес на нем в жертву птиц. Этот поступок еще более привел в ярость иудеев‚ так как в нем заключалось издевательство над их законом и осквернение места. Более солид­ные и спокойные стояли за то‚ чтобы еще раз обратиться к властям. Но страстная и пылкая молодежь‚ напротив‚ горела жаждой борьбы. С другой стороны‚ кесарийские забияки стояли уже готовыми к бою‚ и они-то преднамеренно подослали жертвовавшего. Таким образом‚ вскоре завязался рукопашный бой. Юкунд‚ начальник римской конницы‚ на обязанности ко­торого лежало сохранение тишины и спокойствия‚ устранил жертвенный сосуд и пытался прекратить битву; но так как кесарийцы ему не повиновались‚ то иудеи схватили впопыхах свои законодательные книги и отступили к Нарбате — иудейской местности‚ отстоящей на


0557747718841308.html
0557838400188732.html
0557943813657787.html
0558028699396681.html
0558264697425455.html